Skip to content

ПРИВАТИР БРИТАНСКОЙ КОРОНЫ-3. На Панаму!!

(история о том, как адмирал всех пиратов напугал короля Испании).

Испания и Англия заключили между собой очередное перемирие и все каперские лицензии были аннулированы. Пираты Ямайки, оставшись не у дел, приуныли. А Моргану мир был передышкой. Он проводил время с любимой женой. Прикупил 800 акров земли для новых плантаций, кутил в кабаках с друзьями. Но пока народ пьет, политики что-то замышляют. В семнадцатом веке истощенная колониальными войнами Испания теряла подаренные ей Ватиканом земли в Новом Свете. Северная Америка активно осваивалась переселенцами из Англии, Голландии и Франции, они же отвоевали несколько островов в Карибском море. И если с утратой этих территорий испанцам пришлось смириться, то с островом Ямайка был особый случай. Остров имел важное стратегическое значение, находился на пересечении важных морских путей в Карибском море по которым испанцы свозили на Кубу награбленные сокровища Колумбии, Венесуэлы, Гондураса. Далее караваны с награбленным уходили из Гаваны в Испанию. В 1655 году Ямайку захватили англичане и остров сразу стал базой для приватиров и пиратов, представлял серьезную угрозу испанским колонизаторам. В переговорах дипломаты мадридского двора напускали туману, не желая признать остров за англичанами. Ямайка продолжала оставаться яблоком раздора между двумя коронами.

Не прошло и двух месяцев тихой жизни, как лазутчики принесли весть о том, что губернатор колумбийской Картахены получил секретное указание из Мадрида считать испанские колонии во всех водах и землях Вест-Индий в состоянии войны с англичанами, Вскоре плохую новость подтвердил и губернатор острова Кюрасао, который был дружески расположен к англичанам. В своем секретном послании губернатору Ямайки он уведомлял, что испанцы жаждут вернуть остров и планируют атаковать его с Кубы.
Начались провокации. Некий испанский приватир по имени Роверо атаковал английский корабль, затем сжег поселение на северном побережье Ямайки и ограбил деревню в южной части острова. Игры испанских политиков и набеги разбойника вызвали ответную реакцию властей Ямайки. Адмиралу Моргану была выдана новая лицензия и предписание «…атаковать и уничтожать все корабли неприятеля, какие только можно встретить, захватывать и разрушать все укрепления, какие представляют опасность для Ямайки…».
===== ===== =====
НЕ ДОВЕРЯЙТЕСЬ СВОЕМУ КОРОЛЮ…!

Порт Роял улыбался пиратам широко распахнутыми дверьми таверн и борделей. Здесь они повстречали сбежавших после гибели флагмана «Оксфорд».

-Эй вы, – смеялись беглецам в лицо, – покажите нам монеты, что принесли из Куманы! Такое ли это звонкое серебро, какое мы взяли в Маракаибо?
Те стыдливо отворачивались. В кружках у них было жидкое пиво.

С Куманой дело было так. После того как флагман «Оксфорд» со всей командой отправился на дно морское, многие сочли это за плохой знак, считая что звезда Моргана закатилась и всех их ждет плохой конец. Сбежавшие четыре сотни пиратов отправились на пяти своих шхунах к побережью Каракаса, решив ограбить городок Куману. Но там их встретили горячим бульоном из ядер, пуль и отравленных стрел солдаты гарнизона и рекруты-индейцы. Оставив сотню убитых, горе-стратеги бежали, утаскивая с собой еще полсотни раненых.

-Ладно, мы сегодня угощаем, – примирительно звали пристыженных к столу. Но завтра ваша очередь платить за выпивку! Точите ножи, наш адмирал что-то задумал, – скалились пираты.

Морган объявил экстренный сбор. Под его командованием был флот из пятнадцати боевых кораблей, их общее вооружение насчитывало 220 пушек, самый малый из кораблей имел четыре орудия на борту. Флагманским кораблем адмирала на этот раз стал фрегат «Satisfaction», водоизмещением в 120 тонн, имевший тридцать пушек и более сотни вооруженных до зубов головорезов. Местом сбора был опять назначен Коровий Остров в водах Эспаньолы, излюбленное место адмирала. Здесь можно было настрелять дичи и на песчаных отмелях чистить днища кораблей, не опасаясь нападения испанцев. Неподалеку был остров Тортуга – вотчина французских буканиров, которых испанцы боялись, как комар свечки.
Вскоре после объявления нового похода, в бухте собралось 37 кораблей и две тысячи бойцов, готовых идти за своим адмиралом. Такой огромный флот нужно было обеспечить провиантом. Морган разделил пиратов на три группы. Четыре сотни из них получили задание отправляться к берегам Колумбии в устье реки Ранчерия, где в местной деревне крестьяне выращивали маис. Им выделили несколько кораблей и баржу для груза. Пираты второй группы должны были настрелять зверья в лесах острова и засолить туши. Остальные во главе с адмиралом занялись подготовкой кораблей к походу.
Перед отправкой первой группы Морган имел беседу с ее командиром, капитаном Сваном:

Капитан, надеюсь Вы понимаете важность возлагаемой на Вас миссии. Нашему большому флоту не осуществить намеченное без запасов еды, – Морган смотрел Свану в глаза.

Адмирал, благодарю за доверие, Вы меня знаете, я доставлю провизию, – Сван положил руку на эфес сабли.

Постарайтесь этого избежать, – Морган пальцем проводил его жест. Хотя, вполне возможно, у вас там могут быть стычки с испанцами, поэтому возьмите с собой отряд буканиров. Но никаких пленных, капитан. Лишние рты нам не нужны. Пленных мы возьмем в другом месте, – улыбнулся Морган.

Адмирал, я все понял, могу приступать? – Сван всем своим видом изображал готовность.

Вы уже приступили, капитан. Осталось довести дело до конца и храни вас Всевышний, – перекрестил его Морган.

Scourge of the Seas – Buccaneers, Pirates and Privateers

Что ждало отправившихся за провиантом? Поначалу им повезло, в устье реки они обнаружили корабль, груженый маисом. Его команда, завидев пиратов, разбежалась. Сван отправил трофей к Коровьему Острову. Но сбежавшие оповестили коменданта гарнизона. Жители деревни спешно угоняли скот в долину. Солдаты устроили засаду, готовясь встретить непрошеных гостей огнем своих ружей.
Пираты маршировали в деревню когда из леса, с криками «смерть английским собакам!» выбежали испанцы, стреляя по непрошеным гостям. Застигнутые врасплох, пираты понесли потери, но быстро заняли оборону. Тяжелые пули буканирских мушкетов были способны валить быков. Такая пуля попав в голову, разваливала ее пополам, как спелый арбуз. Испанцы, потрясенные ужасной смертью своих товарищей, в страхе бежали. Пираты в преследовании изрубили всех. Они вошли в деревню и согнали жителей перед церковью.

-Сеньор, – пожилой крестьянин вышел вперед, комкая в руках тростниковую шляпу, – у нас нет денег. Мы бедняки и все что у нас есть – это маис, который мы выращиваем.

-Мы и хотели купить его у вас, – пыхнув сигарой, Сван пнул сапогом мешок с маисом, – но за ваше предательство вы теперь не получите и гроша. Я удваиваю наказание! Для меня и моих товарищей вся ваша деревня стоит сейчас четыре тысячи бушелей маиса! И мы желаем их получить немедленно! Или поджарим вас в ваших хибарах!
С этими словами пират коротко взмахнул саблей и отсек крестьянину ухо. Тот дико взвыл, катаясь по земле от боли.

-Не скули, – ухмыльнулся Сван, – я оставляю тебе второе ухо и голову в придачу. Пираты хохотали и трясли саблями.
Крестьяне умоляли дать им три дня и послали гонцов в окрестные деревни. В ожидании прошла неделя. Обозленные тем, что их сабли ржавеют без дела, пираты объявили войну всему что мычало, хрюкало и кудахтало. Наконец, караван груженых маисом мулов прибыл. Крестьяне волокли мешки на пиратские корабли.

-Не доверяйтесь своему королю, – скалился Сван, – он не даст и одного песо за ваши уши, когда мы навестим вас в следующий раз…

Их рейд затянулся на две недели, но теперь флот был обеспечен провиантом. Мешки с маисом и бочки с засоленными тушами убитых зверей были погружены в трюмы кораблей. Оставались важные формальности. Пиратский кодекс предусматривал добровольное согласие в опасном деле, подпись каждого участника на документе была обязательна. В этом соглашении оговаривались оплата, поощрения и компенсации за увечья. Оплата назначалась в соответствии с рангом и должностью. Так, матрос получал одну долю, у офицеров и боцманов к этой доле была прибавка. Врачу добавлялось 200 монет серебром на сундук с медикаментами. Плотник получал 100 монет надбавки, после морского боя ему предстояло штопать и чинить такелаж и рангоут круглыми сутками, без сна и отдыха.
Компенсация за полученные увечья была следующей: за потерю обеих ног – 1,500 монет или 15 рабов, на усмотрение инвалида. За потерю обеих рук – 1,800 монет или 18 рабов. За потерю ноги или руки – 600 монет или 6 рабов, за выбитый глаз или потерю пальца – 100 монет или 1 раб. За храбрость были назначены поощрения: первому кто ворвется в неприятельскую крепость и установит английский флаг на ее стенах, причиталось 50 монет серебром. Тому, кто притащит «языка», чтобы выведать секреты врага – 200 монет. Струсившего в бою ждала казнь без промедления, в присутствии товарищей. Документ был подписан всеми пиратами.
Адмирал всегда держал замысел экспедиции в тайне. Капитанам под угрозой казни было запрещено разглашать решение, принятое на совете и моряки узнавали об этом лишь тогда, когда корабли выходили в море. Так Морган защищал свой замысел от испанских шпионов. На совете было принято решение что Панама, этот склад сокровищ и рассадник испанских козней, будет в их рейде главной целью. На флагмане подняли сигнал сниматься с якорей…

“ВЫ УВИДИТЕ СВОИ УШИ, КОГДА МЫ ИХ ВАМ ОТРЕЖЕМ…!”
В конце декабря 1660 года пиратский флот был у острова Санта Каталина, форпоста испанцев на подступах к Панамскому перешейку. На острове испанцы возвели пять крепостей. Высадившись на Санта Каталину пираты захватили их все. Но дальнейший путь им преграждал укрепленный форт Сан Лоренцо, расположенный в устье реки Чагрис. Морган выделил четыре корабля с пятью сотнями бойцов, приказав капитану четырнадцати-пушечного фрегата опытному Джозефу Бредли окружить и захватить форт, отрезать все пути беглецам, которые бы могли выдать его намерения властям Панамы. Окруженный глубоким рвом, защищенный скалой с тыла и оснащенный пушками, форт Сан Лоренцо был неприступен. Там пиратов встретили раскаленными ядрами:

Эй вы, английские собаки, враги Господа и нашего Короля, – орали им со стен форта испанцы, – тащите сюда остальных, вам не видать Панамы, как своих ушей!

Но свои уши вы увидите, – рычали в ответ пираты, – когда мы их вам отрежем!
Три дня и три ночи они атаковали форт, неся большие потери. Стрела вонзилась в плечо пирату. Вытащив ее он залил рану пиратской смесью рома с порохом. Обмотав наконечник стрелы паклей, смоченной в той же смеси, он поджег паклю и приказал индейцу-проводнику отправить стрелу назад. Стрела влетела в крышу одной из построек форта и ее сухие пальмовые листья вспыхнули. Огонь быстро охватил всю конструкцию, ветер разносил искры на другие сараи. Увидев эффект, пираты стали немедленно посылать горящие стрелы одну за другой.
Вскоре огнем были охвачены все постройки форта, взрывались бочки с порохом, добавляя жару. Испанцы в панике пытались гасить пламя, но пули буканиров делали свое дело, не позволяя защитникам крепости гасить пожар. Так продолжалось всю ночь.

На следующий день пираты бросились на штурм и овладели выгоревшим фортом. Из сотен защитников крепости живыми они захватили три десятка. Были убиты все офицеры, начальник гарнизона в их числе. Пираты потеряли убитыми сотню, еще семьдесят были тяжело ранены. Капитану Бредли ядром оторвало обе ноги, он скончался от полученного увечья. Тела убитых пиратов были похоронены в земле, тела испанцев сброшены со стен форта в море. Но мертвым испанцам уже было все равно. А живым, захваченным в плен, пираты отрезали уши. Как и обещали.

От пленников Морган узнал, что губернатор Панамы был извещен о его планах. На подходах к городу пиратов ждало войско в несколько тысяч солдат пехоты и кавалерии.
Морган оставил свой флот в бухте захваченного форта. Он также оставил гарнизон в 500 человек для охраны кораблей, оставил всех раненых. Для поддержания кораблей в постоянной готовности он придал гарнизону еще 150 опытных моряков. Морган также оставил гарнизону и раненым все запасы провизии, полагая добыть провиант для своего войска в пути. Сам он возглавил отряд в тысячу двести бойцов. Им следовало двигаться в лодках по реке так долго, насколько это будет возможным и далее пешим маршем, до Панамы.

У них были тридцать две лодки для бойцов, несколько плоскодонок они загрузили оружием и боеприпасами. 18 января 1671 года их весла ударили воду и за два дня пираты прошли около тридцати миль. Стоял сухой сезон, река обмелела, поваленные стволы деревьев преграждали путь. Им пришлось оставить лодки и с ними 160 человек охраны. Теперь тысяче бойцов предстояло маршировать вдоль русла реки, плоскодонки с боеприпасами они тащили по мелководью. Дальше были дни без еды, встречались лишь выгоревшие постройки. Жители бежали, унося с собой или уничтожая все съестные припасы. Пираты жевали траву, листья, дикие ягоды. Нашли брошенные полторы сотни кожаных пустых мешков, в которых крестьяне хранили провизию. Кожу резали на полосы, отмачивали и отбивали камнями в воде, жарили на углях и дрались между собой в дележе за каждый кусок.

На шестой день они обнаружили плантацию и сарай, полный маиса. Выбив двери постройки, пираты набивали рты сухими кукурузными зернами, не в силах дождаться когда разгорится костер, чтобы зажарить на углях початки. В брошенной деревне бродили дряхлые собаки и облезлые кошки. Их пираты постреляли и съели. До Панамы оставалось два дня пути. Встречались отряды разведчиков, но избегая стычек с пиратами, они исчезали в чаще. К концу следующего дня зарядил ливень. Пиратам удалось найти небольшой сарай, куда они сложили оружие и запасы пороха, сами провели всю ночь под проливным дождем. На закате восьмого дня бойцы передового отряда с вершины холма увидели синеву океана. Цель была близка!
Утром девятого дня они вошли в долину, где паслись стада коров, быков, лошадей. Пираты набросились на животных, стреляли, рубили на куски, тащили на костры. Не в силах дождаться, рвали зубами полусырое мясо, кровь стекала по их исхудавшим заросшим лицам. День прошел в оргии насыщения.

БОЙ, ПОХОЖИЙ НА БОЙНЮ.

На рассвете десятого дня Морган и его капитаны стояли на вершине холма. Внизу лежала Панама, с ее золотом, серебром, драгоценными камнями, китайским фарфором и шелком доставленными с Филиппинских островов. От захваченного накануне пленника Морган получил информацию о противнике. Губернатор Панамы сеньор Алонсо Перес де Гусман готовился встретить незваных гостей у стен города.
Морган увидел в долине две с половиной тысячи солдат, которые выдвигались на исходные позиции. Пехота была разделена на 24 отряда, в каждом было по сотне солдат. Впереди пехоты, в латах и шлемах, гарцевали четыреста всадников кавалерии. А впереди кавалерии сотни черных рабов удерживали стадо из двух тысяч быков, готовясь спустить их на пиратов, топтать копытами, насаживать на рога… Еще шестьсот индейцев прятались в чаще, готовые встретить незваных пришельцев отравленными стрелами. Стены городского форта ощерились пушками. Губернатор де Гусман знал о кровавых рейдах Моргана. Потому объявил жителям спрятать все ценное и быть готовыми к худшему. В порту напуганные богачи грузили свои сокровища на корабли, готовясь покинуть Панаму.

Морган, наблюдавший всю эту картину с вершины холма, осознавал, что силы противника превосходят его собственные в четыре раза. Не считая быков. Он разделил свое войско на три отряда. В центре, основные силы наступавших составили три сотни буканиров, пули мушкетов которых всегда находили цель. Два отряда пиратов должны были рубить саблями пехоту противника. Получив приказ к наступлению стрелки основного отряда, тремя шеренгами с мушкетами наготове, двинулись вперед. Два других отряда медленно обтекали пехоту испанцев с флангов.
По сигналу губернатора рабы начали стегать быков, направив их на наступавших. Первая шеренга буканиров разрядила стволы в летевших на них животных. Стрелки этой шеренги, опустившись на колено, быстро перезаряжали свои мушкеты. Вторая шеренга произвела свой залп через секунды после залпа первой шеренги. Ее стрелки также опустились на одно колено, перезаряжая свои ружья и предоставив третьей шеренге прицельную позицию. После залпа третьей шеренги буканиры первой линии были снова готовы к выстрелу и все повторилось…
Залпы следовали один за другим, тяжелые пули мушкетов валили быков. Наткнувшись на стену огня, обезумевшие животные повернули назад, смяли кавалерию, валя лошадей и затаптывая всадников. Сбитые на землю, неповоротливые в своих тяжелых доспехах кавалеристы, стали легкой добычей для пиратских сабель, а шеренги буканиров перенесли огонь на пехоту, продолжали сеять смерть. Отряды пиратов рубили на флангах головы пехотинцам. Испанцев охватила паника, они бежали к городу. Индейцы со своими луками и стрелами исчезли в зарослях. Через два часа все было кончено. Испанцы потеряли убитыми 500 душ, потери пиратов составили всего 15 бойцов.

The sacking and burning of Panama by Captain Henry Morgan, a Welsh privateer, who was active during the 1660s and 70s. To reach Panama, the privateers had to cross the Isthmus, which involved a long trek through dense jungle. They reached the gates of the city on 28th January 1671 and set fire to the city before attempting to raid it but, unfortunately for them, the Spanish had taken most of their treasure with them when they fled. From “Maritime Discovery and Adventure” published by W & R Chambers of London and Edinburgh in 1888. No authors or illustrators are credited in the book.

Отряды Моргана входили в город, в котором горели склады и тысячи домов. Завязались уличные бои и здесь пули противника наносили наступавшим больший урон, чем в поле. Однако, пираты выбили испанских солдат из города. Рылись на пожарищах, обшаривали окрестности и тащили на пытки захваченных жителей. К пленникам применяли испытанные методы инквизиции, начались грабежи и гора добычи росла.
В дыму горящей Панамы из порта ушел галеон, груженый сокровищами богачей Панамы. На его поиски Морган снарядил корабль под командованием капитана Дэвиса. Эти пираты на одном из островов обнаружили запасы вина. В хмельном угаре они прозевали галеон, который наткнувшись в бухте острова на пиратский корабль, тут же исчез. Капитан Дэвис после того случая никогда более не пользовался расположением Моргана.

Для некоторых пиратов искушение золотом оказалось столь велико, что они пошли на обман своих товарищей. В дыму пожаров воришки тайно стаскивали добычу на борт захваченного в порту корабля, задумав сбежать на нем. Морган, узнав об этом, приказал расстрелять предателей и спилить мачты кораблей, находившихся в гавани. Вычистив руины сожженной Панамы, пираты собрали всех вьючных животных для вывоза награбленного. Морган отправил ультиматум скрывавшемуся де Гусману с предложением выкупить пленников, добавив, что в противном случае те будут увезены на Ямайку и там проданы в рабство. Губернатор в ответном послании указал, что каждый пленник должен спасать себя сам, как может.
14 февраля 1671 года караван из 175 мулов, навьюченных золотом, серебром и прочим награбленным добром, покинул Панаму. Шестьсот пленников умоляли Моргана отпустить их. Адмирал зачитал им ответ де Гусмана, который их предал. Женщины рыдали о своих детях, оставшихся в Панаме и проклинали губернатора. Население Панамы составляло шесть тысяч человек, из которых четыре тысячи были африканскими рабами. Морган даровал им свободу и многие остались с пиратами.

Среди пленных была одна очаровательная молодая сеньора, жена торговца, который находился в то время в Перу. Пираты не церемонились с пленниками, особенно с женщинами, которых пользовали для своих утех. Морган держал красавицу под охраной и поначалу был с ней вежлив. Но раздраженный ее отказами, он приказал раздеть пленницу и посадить на голодную диету. Гордая сеньора страдала и прямо сказала Моргану, что если он попытается взять ее силой, то она убьет себя.

Морган отступил. Он позволил сеньоре послать своего слугу и двух монахов в Панаму, чтобы те доставили деньги для ее выкупа. Но дни шли, денег все не было. Вернулся слуга и сообщил что монахи деньги взяли, но решили выкупить на них своих братьев.
Разгневанный Морган приказал поймать монахов. Сеньору он отпустил после того, как ее слуга предъявил ему письмо и рассказал эту историю. Чем это кончилось для тех монахов — неизвестно. Все пленники, за которых внесли выкуп были отпущены.

Долгая экспедиция – длинные языки. Среди пиратов поползли слухи, что Адмирал утаил часть сокровищ для себя. Под покровом ночи, некоторые начали растаскивать и прятать награбленное в укромных местах по берегам реки Чагрис, надеясь вернуться. Слухи об этом дошли до Моргана. По возвращению в бухту где стояли их корабли, адмирал выстроил свое войско и потребовал клятву от каждого в том, что ни одна монета, жемчужина или драгоценный камень не будут скрыты от дележа. Такому условию возмутились французские буканиры Тортуги. Тогда Морган первым предъявил для проверки свой личный багаж. Недовольные умолкли.
Была выбрана комиссия, в состав которой вошли представители от всех групп буканиров и пиратов. Тотальный досмотр выявил нескольких воров и они были наказаны. Их повесили тут же на деревьях, не тратя пуль и пороха. После того, как были выплачены пособия и компенсации получившим увечья, каждый получил свою долю. У рядового пирата она составила 200 серебряных песо. Не ахти какой куш, но на эти деньги можно было купить дом с большим участком земли на Ямайке и стать фермером, выращивать скот. Или прокутить монеты в питейных домах и борделях, что морские разбойники всегда и делали. Пираты недовольно ворчали, они ожидали большего.

Морган был унижен подозрением. Закончив раздел добычи, он поднял паруса своего флагманского корабля и ушел на Ямайку. Он более не желал командовать флотом, оскорбившим своего адмирала. Вместе с ним ушли преданные ему капитаны. Оставшись без лидера, пираты начали разбегаться. Французские буканиры ушли к себе, на Тортугу. Получившие свободу рабы подались по суше на Юкатан где был спрос на лесорубов. На Юкатане росло красное дерево махогани, которое оказалось лучшим для строительства кораблей и производства мебели. Лесорубам хорошо платили и махая топором, риск потерять голову был меньше, чем у морского разбойника. Путь на Юкатан был долгим и многих в том пути настигла испанская пуля преследователей или тропическая лихорадка. Ну а тех, кто продолжили пиратствовать ждала своя судьба.

Новость о налете Моргана на Панаму достигла Испании. Королевский двор негодовал, ведь договор о мире между Англией и Испанией был подписан и губернатор Ямайки не имел права снаряжать экспедицию. В Лондон была отправлена петиция с требованием наказать виновных. Вынужденный соблюдать правила дипломатии, английский монарх послал на Ямайку военный корабль с приказом арестовать губернатора и адмирала и доставить их на суд, в Лондон.

(продолжение следует).


© Copyright: Вальтер Мария, 2023
Свидетельство о публикации №223010901564

Published inAdventure

2 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *