Skip to content

В НОВОМ СВЕТЕ -1 (приключения Френсиса Дрейка).

На захват открытых в Новом Свете земель из Испании отправлялись вооруженные отряды. Это были конкистадоры и снаряжали они свои экспедиции сами. Их влекли заморские богатства и будучи вдали от королевского двора действовали они там на свой страх и риск, зачастую вопреки напутствиям своего короля .
В стычках с местными жителями которых Колумб назвал индейцами главным преимуществом конкистадоров были их мушкеты и закованная в доспехи кавалерия. Местное население испытывало панический страх при виде лошадей и всадников на них, считая это громыхающее железом чудовище единым существом.
Самыми известными в истории конкисты были предводители Хернан Кортес, Франсиско Пизарро, Васко де Бальбоа, Диего Веласкес, Педро Альварадо Гонсало де Кесада, Эрнандо де Сото, Франсиско де Орельян. Ими были завоеваны Мексика, Гватемала, Перу, Колумбия, Чили, Гондурас, побережье Тихого океана Северной и Южной Америк.

В 1519 году 600 испанцев под предводительством Хернана Кортеса высадились на материк в месте известном как Вера Крус, в Мексике. Солдаты были в кольчугах, вооружены мушкетами, мечами и пиками. С собой они доставили 16 лошадей, которые тащили несколько малых пушек. Тамошним населением были воинствующие ацтеки и в их стране испанцы обнаружили много золота. В течение двух лет Кортес со своим малочисленным войском, оружием и дипломатией завоевал всю Мексику. Обращение индейцев майя в христианскую веру вершилось огнем и мечом. Когда испанский священник он же прист появлялся в селении, вождь племени был обязан предоставлять ему свою дочь или иную молодую женщину для утех, а также обеспечивать едой его свиту на все время присутствия. Если жители были замечены в отправлении культа своим богам – вся деревня жестоко наказывалась, вождя сажали в яму. Пришельцы оказывали на темных туземцев такое сильное влияние, что однажды ацтеки забили камнями своего вождя Монтесуму и стали строить новую столицу Мехико, во всем повинуясь завоевателям. А в Испанию поплыли сундуки с золотом и драгоценными камнями.

Спустя десяток лет малочисленное войско под предводительством Франциско Пизарро отправилось в 1532 году завоевывать Перу, землю инков. Отряд насчитывал 180 солдат и 27 лошадей. Пизарро был агрессивным солдафоном, грабил и убивал. Используя вражду местных племен он увеличил свою армию до 600 человек, они захватили в плен вождя Атахуальпу и столицу инков Куско. Жители несли ему золото пытаясь выкупить своего вождя, но Пизарро все равно убил его, а золото разделил между своими солдатами. И спустя еще десять лет Испания уже контролировала всю Южную и Центральную Америки.
Многие конкистадоры были награждены своим королем, получили титулы, земли и большие привилегии. В частности, потомки конкистадоров и в наши дни владеют огромными землями, лишь формально признавая власть вице-короля или генерал-губернатора.

БУКАНИРЫ.


Вердиктом 1494 года Ватикан отдал земли Нового Света на разграбление испанцам и португальцам. И все монаршие дома Европы, обделенные милостью Папы Римского, вознегодовали. Король Франции первым благословил своих моряков на легальный разбой и грабеж испанских кораблей и поселений в Новом Свете.
И началось! В заморские земли ринулись искатели приключений. Вслед за испанцами на острове Эспаньола появились французы, за ними датчане и голландцы. Это были беглые моряки, солдаты и преступники всех мастей. В густых лесах острова бродили дикие кабаны и вепри, горные долины удивляли тропическими плодами, в реках и морских водах было полно рыбы, черепах, крокодилов и морских коров. В отличие от тесной Европы здесь была свобода, рай земной!

Поначалу испанцы назвали Карибское море Антильским. Но вскоре они узнали карибов, воинственных каннибалов из Южной Америки, враждовавших с местными племенами араваков и таино, что обитали на острове Тринидад и на Малых Антильских островах. У карибов был обычай поедать убитых врагов и в войнах за территории они все истребляли друг друга. Теперь их всех принялись истреблять новые пришельцы.

Беглые европейцы жили в лесах Эспаньолы, пробавляясь охотой и постигая на практике науку меткой стрельбы. Местные индейцы научили их коптить мясо убитых зверей и рыбу и выпаривать морскую соль. Прокопченное дымом костра и просоленое мясо долго хранилось, стало товаром, которым охотники торговали с приходившими на остров кораблями, обменивая копчености на оружие, порох и прочие нужные им вещи. Место разведения костра, обложенное камнями, долго сохранявшими жар, индейцы называли «барбеку». Над костром они сооружали решетку из срезанных толстых веток, на которую укладывали куски подсоленного мяса и рыбы, коптили их дымом костра. Решетку индейцы называли «букан» и охотники, перенявшие опыт копчения стали называть себя буканирами. А словарь человечества с тех времен пополнился новыми терминами, когда каждый сегодня знает что такое «барбекю» и «бекон», но не всякий догадывается что это миру подарили индейцы Карибского моря.

Деликатесом у охотников считался теплый мозг убитого быка, который они высасывали из костей животного. Стрельба была развлечением и азартной игрой, когда стрелки соревновались в том, кто собьет с ветки плод, не повредив его мякоть. Победителем считался тот, чья пуля «откусывала» черенок плода. Однажды охотника преследовали конные испанцы и на открытой местности окружили его, требуя сдаться. Буканир, понимая что его сожгут живьем, встал на колено, спиной к спине своего слуги, взвел курок мушкета и предложил первому атакующему получить пулю. Испанцы ретировались, зная что охотник не промахнется.

В лесах жили стаи диких собак. Их завезли испанцы, используя в охоте на индейцев. Когда индейцев истребили, собаки стали нападать на домашний скот, убивать телят и жеребят. Собак пытались уничтожить отравленной пищей, но без особого успеха. В борьбе за выживание они становились умнее. Одичавшие собаки нападали и на людей. Из записок буканира:
«…Увидев свору диких собак мы влезли на деревья. Но им было не до нас, собаки преследовали вепря. Тот прижимался к дереву и делая резкие броски, убил и ранил своими клыками нескольких псов. Но собаки кружили вокруг него, выжидая момент. Наконец один пес бросился на холку зверя и впился зубами в шейные сухожилия, разрывая их. Другие бросились под брюхо, рвя жертву на куски. Убив вепря, вся стая отошла. Собаки ждали, пока их первый боец не насытится. Когда пес отошел, остальные набросились и пожрали зверя..».

Буканиры отлавливали и приручали щенков диких собак. Но для охоты они натаскивали и … поросят! На Эспаньоле диких свиней было множество. Эти черного окраса хрюшки бегали стадами, но при возникшей опасности разбегались в разные стороны. Буканиры прикармливали поросят и те бегали за охотниками как собачонки. Их брали на охоту и пускали впереди собак. Поросята забирались в чащу и начинали там жалобно хрюкать и визжать. На их визг из чащи появлялись взрослые свиньи и на этих охотники уже спускали своих собак. Мясо разорванных на куски свиней, прирученные поросята пожирали так же жадно как и собаки…

В саваннах бегали низкорослые дикие лошади. Конина, прокопченная дымом костра считалась деликатесом, это мясо хранилось дольше. Для поимки лошадей буканиры мастерили веревочную петлю, которую растягивали между молодыми побегами деревьев. Загнанную в петлю лошадь нещадно били плетьми, пока животное не обезумевало от боли. Потом несколько дней эту лошадь заставляли таскать привязанные камни, продолжая избивать. Когда несчастное животное покорялось своей участи, его использовали для работы, как тягловую силу.

На побережье, где реки впадали в море жили огромные крокодилы или кайманы, как их называли индейцы. Морские кайманы достигали 20 метров в длину, могли подолгу находиться и в пресной речной воде. Этих чудовищ природа наделила невероятной коварностью и изобретательностью. Кайман выползал на берег в месте, куда дикие животные приходили на водопой. Там, в ожидании добычи, монстр лежал часами не шевелясь, притворяясь засохшей корягой или поваленным деревом. Когда ничего не подозревавший бык или кабан подходил к воде, кайман набрасывался на него и утаскивал в воду. Перед охотой кайман заглатывал несколько десятков круглых камней, чтобы придать себе лишний вес, который помогал ему утащить зверя. Кайман засовывал добычу под корягу и приваливал камнями, которые срыгивал, ждал пару дней пока шкура жертвы не начинала отслаиваться, затем пожирал.

Однажды кайман напал на охотника, полоскавшего в реке свой тент. Не растерявшись, буканир нанес рептилии несколько смертельных ударов ножом. Убитого хищника он вытащил на отмель и распоров брюхо, обнаружил там несколько десятков круглых камней, каждый величиной с кулак. Кайман утаскивал добычу и у человека. Охотники, выследив стадо, стреляли животных и затем свежевали туши, переходя от одной к другой. Услышав выстрелы, кайман, прячась в высокой траве, бежал к туше убитого животного, хватал и утаскивал добычу. Охотники научились обнаруживать присутствие каймана по очень резкому мускусному запаху, который выделяли его гланды и гениталии.
Огромные кайманы были постепенно уничтожены. Крокодилы, живущие на Эспаньоле (ныне это Доминиканская Республика и Гаити), на Кубе и Каймановых островах, достигают 4-5 метров в длину. Самые крупные экземпляры длиной до 8 метров живут в Индии и они по-прежнему нападают на людей.

На острове водилось огромное количество птиц. Тучи голубей и уток нагуливали жир склевывая фрукты и поедая зерна злаков. Утки и индюшки становились такими жирными, что не могли летать и при появлении человека ковыляли прочь, пока силы их не оставляли. Их брали голыми руками. Из такой обжоры приходилось вытапливать жир, прежде чем мясо можно было есть. Стаи длинноногих фламинго паслись в поймах. Язык этих птиц толщиной в 3 сантиметра и в наши дни считается редким деликатесом.

В прибрежных водах водилось огромное количество черепах. Для буканиров мясо этих водоплавающих было запасом еды на долгие недели жизни в лесу. Самыми крупными весом до тонны, были коричневые черепахи, которых называли «кожаная спина». Их мягкий панцирь можно было проткнуть ножом или пикой. Однако деликатесом считались зеленые черепахи, которые питались морской травой и водорослями. Черепаха неповоротлива на суше, но природа снабдила ее сильными челюстями и она может запросто откусить палец или даже кисть руки тому, кто захочет ее погладить, думая что имеет дело с безобидным существом.

За черепахами охотились ночью, когда те выползали отложить яйца, которые как и крокодильи, не имеют твердой скорлупы. Охотники переворачивали своими пиками черепаху на спину и в таком положении она уже была беспомощна, не могла убежать. В море на них охотились с гарпуном, когда черепахи всплывали подышать, насытить свою кровь кислородом. Особенно удачливой была охота на черепах в период случки. Самец взбирался на самку и крепко обхватывал ее панцирь своими лапами. И пока он зажмурившись от удовольствия, забывал обо всем, охотничья пирога стараясь не шуметь веслами, медленно приближалась. Самка, почуяв опасность, вовсю начинала грести ластами, но уйти на глубину ей мешал вцепившийся в нее самец. Парочку брали на гарпун и отправляли в котел. Охотника с гарпуном подстраховывали буканиры с мушкетами, стреляли они без промаха.

Самым излюбленным местом для зеленых черепах являются Каймановы острова, с их богатыми травой шельфами и горячими песчаными пляжами. На протяжении веков, в апреле-мае черепахи проделывают путешествие в несколько сотен миль, плывя со всех островов в одно и то же место, безошибочно определяя направление. В те давние времена этим «компасом» пользовались все мореплаватели.

Всех вторгавшихся в свои новые владения, испанцы называли нарушителями, видя в них врагов. Особенно жестоко они расправлялись с буканирами, убивая захваченных в плен. Гонимые, те перебрались на соседний остров Тортугу, который стал их убежищем на долгие годы.
Когда Колумб впервые увидел на горизонте остров, похожий на лежащую на поверхности моря черепаху, он так его и назвал «Tortuga-del-Mar». Расположенный всего в 10 милях от Эспаньолы, остров был покрыт фруктовыми лесами, в которых было полно бананов и ананасов, яблоневых и ореховых деревьев, манго и гуавы. В долинах росли дыни и арбузы. Прохладные чистые реки стекали с гор, в них было много рыбы. В саваннах паслись стада диких животных и над всем этим раем летали тучи жирных голубей и уток. Укромные бухты предлагали беглецам надежное укрытие.

Расположенный между Эспаньолой и Кубой, остров находился в районе интенсивных морских перевозок испанцев, и очень скоро помимо охоты, буканиры занялись морским разбоем. Искушение было слишком велико! Отсюда они совершали свои первые пиратские рейды в Гондурасский залив, где пролегали морские пути испанских колонизаторов, свозивших добычу из Гватемалы, Гондураса, Колумбии, Венесуэлы в Гавану, для дальнейшей доставки сокровищ в Европу. В своих попытках вернуть Тортугу испанцы наталкивались на упорное сопротивление буканиров. Искусство меткой стрельбы, приобретенное теми в длительных годах практики, наводило страх и сеяло панику среди солдат неприятеля.

Буканиры Тортуги основали своё Братство, где каждый был обязан делить добычу с другим, часто даже не зная его имени. То же самое касалось раздела провианта и прочего. Жена убитого или умершего охотника переходила к его другу. На торговые корабли буканиры нападали, используя свои быстроходные каноэ. Их проверенной тактикой было метким выстрелом «снять» рулевого, после чего не подпускать никого к штурвалу. Корабль терял управление, его паруса обвисали, он становился добычей пиратов.

А на острове Эспаньола рабский тяжелый труд на плантациях, эпидемии и войны косили аборигенов так быстро, что несколько десятков лет колонизации уничтожили 80 процентов коренного населения. Колонизаторы нуждались в рабочей силе и предприимчивые дельцы из Европы увидели в этом источник прибыли. Слухи о сказочных богатствах Нового Света подогревали приходившие оттуда корабли, трюмы которых были набиты заморскими трофеями. В портовых городах Европы открывались вербовочные пункты, в них легковерных ротозеев соблазняли сказками о том, как быстрыми способами нажить состояние.

В Новый Свет устремились мечтатели и бездельники, искатели приключений, авантюристы и беглые преступники. Большинство из них не имели денег на переезд, поэтому такие сразу попадали в финансовую зависимость к вербовщикам. Оказавшись в Новом Свете, опутанные финансовыми обязательствами, они попадали в добровольное рабство к плантаторам. Наёмный работник был связан 3-х летним договором, по истечению срока которого он был свободен в своем дальнейшем выборе. Хозяева это знали, поэтому в годы действия контракта эксплуатировали своих работников безжалостно, часто доводя их до истощения и смерти. Попавшим в рабство бедолагам свободная вольница и веселая жизнь виделась только у пиратов. Редко кто дотягивал срок контракта до конца, многие сбегали от своих хозяев и банды буканиров и морских грабителей множились. Для владельцев плантаций нехватка рабочей силы оставалась главной проблемой. Спрос родил предложение и скоро в Новом Свете появились новые игроки.

МОРСКИЕ СОБАКИ КОРОЛЕВЫ.


На протяжении столетий Англия и Испания были союзниками и друзьями. Но в конце пятнадцатого века между друзьями пробежала черная кошка. Ею оказалась папская булла 1494 года, отдавшая земли Нового Света на разграбление Испании и Португалии. Англичане еще какое-то время воздерживались от конфликта, не желая портить свои родственные отношения с испанцами. В 1558 году на английский трон взошла королева Елизавета I, дочь короля Генриха VIII из династии Тюдоров. Она возвысила Англиканскую Протестантскую церковь и стала преследовать католиков. Что расценивалось Ватиканом как объявление войны католицизму. В зреющем конфликте между королевствами заморские земли, подаренные Испании Римским Папой Александром VI, оказались углями большого пожара. Молодая, но искушенная в политических играх королева отправляла за океан своих приватиров, каждый из которых был наделен особой секретной миссией. В то время в водах Нового Света уже вовсю пиратствовали французы и голландцы, поэтому политика английской королевы учитывала интересы всех участников, дабы не провоцировать военные конфликты в Европе. Все секретные миссии королевы Елизаветы I сводились к захвату новых земель для ее короны.

Граница между приватиром и пиратом весьма условна: когда монарх выдавал капитану корабля лицензию на грабеж, то в стране неприятеля такого называли пиратом и грабителем. В своем же государстве он становился национальным героем, а оказываемые ему почести и награды зависели от количества им награбленного. Английские приватиры оказались настолько дерзкими, что быстро получили от неприятеля прозвище «Морские Собаки Елизаветы». Одним из самых доверенных лиц королевы стал Джон Хоукинс.
В 1562 году три небольших корабля под началом Джона Хоукинса отправились к берегам Западной Африки, откуда доставили в Новый Свет 300 чернокожих рабов. Хоукинс успешно продал всю партию невольников плантаторам Эспаньолы, став первым работорговцем на Карибах.

Спустя два года, флагман-капитан Джон Хоукинс снова отправился к берегам Африки. Королева Елизавета была инвестором в его экспедиции, она предоставила адмиралу военный корабль. Продавцами рабов в Африке были вожди местных племен, все они постоянно воевали между собой. Главной добычей в тех войнах были пленники. Мужчин жарили на костре и съедали, женщин превращали в жен. Или обменивали их на стеклянные бусы, ножи и рыболовные крючки которые предлагали белые пришельцы. Торговля соплеменниками в Африке было делом обычным; вожди продавали в рабство даже собственных детей от многочисленных жен.
Хоукинс был успешен в работорговле, но не везде дело обходилось без принуждения. На отказ жителей испанских поселений Венесуэлы и Колумбии покупать живой товар, Хоукинс грозился разбомбить их жилища из корабельных пушек и иногда прибегал к этому методу.

В середине августа 1568 года флот Джона Хоукинса в составе шести кораблей закончил торговые дела в Новом Свете и направлялся домой, в Англию. У Флориды их поймал налетевший ураган и затащил в Мексиканский Залив, изрядно потрепав. Кораблям требовался ремонт, их днища протекали. Единственным ближайшим укрытием оказалась испанская гавань Сан Хуан де Улуя, в 15 милях от порта Вера Крус.
Незадолго до той экспедиции, возмущенный торговыми авантюрами Хоукинса, испанский монарший двор обратился с официальной нотой к английской королеве запретить кораблям Хоукинса появляться в Карибском море. Хоукинс знал, что он нежеланный визитер, но оказавшись в безвыходной ситуации, все же обратился к властям Вера Крус, прося позволить ему короткую стоянку, необходимую для ремонта. Ему было позволено это, но втайне наместник испанского короля в Мексике дон Мартин Энрикес обрадовался тому что англичане сами загнали себя в ловушку и послал военные корабли расправиться с нарушителями.

Корабли Хоукинса были атакованы испанцами в гавани. Из западни удалось вырваться лишь одному кораблю, им командовал молодой капитан Френсис Дрейк, родственник Хоукинса. Англичане в том налете потеряли 5 кораблей. Военный корабль, подарок королевы, затонул и Хоукинс спасался на борту корабля своего младшего кузена. Они вернулись в Англию, потеряв почти всех из четырех сотен моряков. После того вероломного нападения Френсис Дрейк объявил личную войну испанцам и поклялся взять реванш.

***

ГЛАВА: РЕВАНШ ПЛИМУТСКОГО ДРАКОНА


От Автора.
Дрейк был самым дерзким приватиром из «морских собак» своей королевы. Он грабил корабли и поселения испанцев вдоль обеих берегов Америк и там его прозвали «Плимутский Дракон».
Он был первым флотоводцем, кто совершил кругосветное плавание и вернулся из него живым. За исполнение секретной королевской миссии он получил рыцарский титул и бессмертие в памяти потомков. Отчаянный авантюрист и бесстрашный моряк, он был таким наверное еще и потому, что родился англичанином. Только люди морской стихии могли решаться на то, что многим казалось безумием, уходить в неизведанные моря и завоевывать открытые там земли. Ему везло. Удача всегда сопутствует безумцам.
======= ======= =======

Вывоз награбленного в своих заморских колониях испанцы осуществляли несколькими флотилиями. Одна свозила сокровища из Колумбии, Венесуэлы и Гондураса на Кубу.
Корабли второй флотилии доставляли золото и серебро Лимы, Перу и Чили в Панаму. Оттуда караваны мулов перевозили сокровища через перешеек в порт на атлантическом побережье, где ценный груз дожидался быть отправленным морем в Гавану. Дважды в году третья флотилия под охраной военных кораблей доставляла сокровища из Гаваны в Испанию. Порт на атлантическом побережье панамского перешейка, куда свозили тонны серебра, сундуки с золотом и драгоценными камнями из Южной Америки был главным звеном всей цепочки. Этим портом был Номбре де Диос. Френсис Дрейк решил ограбить испанцев там, где его не ждали.

В конце мая 1572 года темной дождливой ночью, скрытно от испанских шпионов, два английских корабля вышли из Плимута и взяли курс на запад. Месяц спустя они уже находились в водах Панамского перешейка у местной реки Чагрис, впадавшей в океан. В сезон дождей, по этой становившейся полноводной реке, испанцы везли в лодках сокровища из Панамы к побережью и дальше, в порт Номбре де Диос, который находился в сорока милях от устья реки.
Здесь Дрейк уже бывал годом раньше, нагнав страху на испанцев. В том своем рейде он изучил побережье и в сотне миль к востоку от порта обнаружил укромную и глубоководную бухту. Теперь Дрейк спрятал в ней свои корабли. К порту Номбре де Диос было решено двигаться на баркасах, которые они взяли с собой.

Плоскодонный баркас, или «пинас», вмещал до 30 бойцов, имел парус и весла. Это была самая известная лодка всех буканиров и пиратов Карибского моря — быстрая и абсолютно незаметная в темноте тропической ночи. На ней можно было подойти вплотную к кораблю и захватить его, взобравшись на борт с помощью абордажных крючьев.
Пинас был маневренным в узкостях, заливах и бухтах, на нем можно было подкрасться к форту неприятеля, чтобы затем штурмовать его. Эту плоскодонку можно было перетаскивать по мелководьям и использовать на реках. Таких баркасов в полуразобранном виде в трюмах кораблей Дрейка всегда было по нескольку штук.
Через несколько дней все было готово и капитан посвятил моряков в свой замысел. Объектом атаки было портовое складское здание, в котором хранились сокровища. У Дрейка был подробный план городка, который ему нарисовали лазутчики. От них он узнал, что порт не окружен стенами или рвами, а охрана здания была немногочисленна.

Дрейк разделил свой отряд на две группы, раздал им трубы и барабаны. Атака должна была начаться с двух сторон, а грохот барабанов и вой труб создать панику и обратить в бегство всех жителей. Ночью 28 июля лодки с бойцами проникли в бухту и заняли позиции. По сигналу они бросились в атаку и все было так, как и просчитал их капитан. В начавшейся перестрелке охрана здания потеряла часть солдат убитыми и разбежалась. Во дворе нападавшие обнаружили огромную пирамиду из серебряных слитков. Пирамида из десятков тонн серебра была 70 футов длиной, 10 футов шириной и двенадцать футов высотой. Унести это серебро не было никакой возможности и они стали ломать дверь хранилища, где было золото и драгоценности. И тут случилось непредвиденное. В перестрелке Дрейк был ранен в ногу пулей из мушкета и сейчас он упал, ослабев от потери крови. Продолжать операцию было опасно и моряки, подхватив своего капитана, бежали к лодкам.

***

СЕРЕБРЯНЫЙ КАРАВАН.

Дрейк оправился от раны, но о повторной атаке на порт речи быть не могло, испанцы усилили охрану. Амбиции гнали тридцатилетнего капитана вперед и уже в следующем месяце, пройдя двести миль до порта Картахена в Колумбии, они обчистили три корабля в гавани, под самым носом у испанцев. Однако добыча оказалась скудной и Дрейк думал о новой авантюре. Тут ему повезло, он получил информацию от беглых рабов, которые скрывались в лесах, пробавляясь мелкими грабежами. Испанцы их называли «симаронес», то есть дикари. Эти симаронес рассказали Дрейку о караване мулов, который дважды в году доставлял золото и серебро из Панамы в Номбре де Диос. Дрейк задумал захватить караван.

Но наступил сентябрь, а с ним сезон дождей и замысел пришлось отложить. Неугомонный Дрейк совершил еще несколько рейдов в Картахену, начисто лишив там сна местную администрацию. Испанцы посылали на его поиски свои военные корабли, но Дрейк был неуловим, хорошо знал местные воды и все острова в них, где и прятался. Беда к морякам пришла с другой стороны. С дождями и москитами на них набросилась тропическая лихорадка. За три месяца она унесла жизни половины экипажей и теперь их оставалось всего тридцать пять душ.

В начале марта 1573 года Дрейк наконец, получил известие от беглых «симаронес», сообщавших о том, что караван с сокровищами вышел из Панамы. Лазутчики насчитали 190 мулов, каждое животное тащило на себе 300 фунтов серебра и золотые слитки в ящиках, сундуки с драгоценными камнями. Помимо рабов и погонщиков, в охране каравана было полсотни солдат.
В те дни Дрейк повстречал корабль французских гугенотов под командованием капитана Гильема Ле Тесту, приватира из Гавра. Французов было 70 и они изъявили желание составить компанию англичанам в предстоящем дельце. Моряки Дрейка воспряли духом. В последний день марта бойцы сводного отряда Дрейка и Ле Тесту прокрались на своих плоскодонках в устье малой реки, в нескольких милях от Номбре де Диос. Свои баркасы выделенные бойцы увели подальше, с приказом вернуться на третий день. Было решено атаковать караван на подходе к порту, когда уставшая охрана расслабится в предвкушении отдыха и сытного обеда.

По сигналу своего капитана они бросились в атаку и стража в страхе разбежалась. Добыча была такой богатой, что унести ее не представлялось возможным, одного серебра было около 15 тонн! Его в спешке закопали в нескольких местах вдоль реки, с собой взяли золото и драгоценности, сколько смогли унести. Из гарнизона уже доносился сигнал тревоги и теперь «симаронес», знавшие все тайные лесные тропы, уводили их от погони. Не повезло капитану французов Ле Тесту. В перестрелке с охраной он был ранен в живот и идти не мог. С ним остались два добровольца.

Испанцы прочесывали прибрежную чащу двое суток, их корабли кружили у берега. Они обнаружили Ле Тесту и казнили его. Один из захваченных под пытками выдал место, где было зарыто серебро. Когда все затихло и солдаты вернулись в гарнизон, отряд Дрейка спустился к реке, где в укромном месте их ждали лодки…
Добыча была богатой, при беглом подсчете она равнялась пятой части годовых поступлений в бюджет английского королевства. Дрейк разделил ее с французами и щедро наградил «симаронес». Позже в своих записях он признавал что без помощи беглых рабов его наверняка ждала печальная участь Ле Тесту. Француз, которого пытали испанские солдаты, указал не все места где было спрятано серебро. Искатели кладов там бывают до сих пор и по слухам, которые просачиваются в местные газеты, некоторым из них везет.

Наместник испанского короля был взбешен тем, что уже в который раз Дрейк ограбил их казну и опять исчез. В письме своему королю чиновник высказывал опасение, что если Дрейк снабдил оружием беглых рабов, которые знали все окрестные леса, то дальнейшие перевозки сокровищ из Панамы могут быть подвержены огромному риску. Он также высказывал предположение, что «симаронес» могут оказывать англичанам помощь в оккупации региона, что чревато полным блокированием деятельности испанских властей. Чиновника беспокоил тот факт, что Дрейк действует джентльменскими методами в отношении пленных. Обращаясь с ними достойным образом, английский пират заслужил репутацию у испанских солдат и это может некоторых из них склонить к измене в пользу англичан.

Ну а что Дрейк? С трофеями захваченными в Картахене его добыча была такой, что можно было возвращаться домой. В трюме его корабля были сокровища на сумму в 25 тысяч дукатов (около 7 миллионов долларов по нынешнему курсу).
Воскресным утром 9 августа 1573 года два корабля появились на рейде Плимута. Услыхав пушечный выстрел, горожане не дослушав проповедь, покинули церковь и со всех ног бросились в порт, встречать своего любимца.

(Конец Первой Части).

© Copyright: Вальтер Мария, 2014 Свидетельство о публикации №214041301949

Published inAdventure

2 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *